Мы, значит, армяне, а вы на гобое — Николай Климонтович

Описание книги

Климонтович Николай Юрьевич родился 17 апреля 1951 года в Москве в семье профессора МГУ. Окончил физический факультет МГУ (1984). Работал заведующим московским бюро нью-йоркской газеты «Новое русское слово», обозревателем газет «Коммерсантъ-Daily», «Русский телеграф», «Общей газеты», «Россия». Выпустив книгу прозы «Ранние берега» (М., 1977), принял участие в неподцензурном альманахе «Каталог». Печатался в эмигрантских изданиях: «Стрелец» (№ 4, 1984; № 7, 1985), «А—Я », «Муле-та Скват» (1992). Автор ряда пьес («Снег. Недалеко от тюрьмы», «Бесноватая», «Без зеркал» и др.), которые шли на сценах московских театров. В последнее десятилетие печатался как прозаик в газете «СПИД-Инфо» и «Литературной газете», журналах «Золотой век», «Вестник новой литературы», «Октябрь»; как критик — в газете «Коммерсантъ-Daily», как публицист — в журнале «Столица». По наблюдениям критики, каждая «книга Николая Климонтовича читается взахлеб, несмотря на кажущуюся «производственность» темы. Точно уловленные мелочи богемного быта 70—80-х годов увидены отнюдь не со сверхъестественной зоркостью писателя-орла, но обернуты в такую точную и доверительную интонацию, что у читателя буквально мурашки бегут по спине от узнаваемости предмета». Пытаясь определить сущность автобиографической писательской стратегии Климонтовича, П. Басинский говорит «о последнем шансе писателя духовно выжить в любых обстоятельствах. Стать героем собственного произведения. Не зачеркнуть и не скомкать несколько страниц своей жизни, а прописать их набело, содрогаясь от творческого удовольствия». Произведения Климонтовича переведены на английский, польский, финский, шведский языки. Член Союза театральных деятелей (1984) и СП СССР (1988), Русского ПЕН-центра (1992). Отмечен премией журнала «Октябрь» (1999). Цитата Из статьи Максима АРТЕМЬЕВА "По-русски о нерусском" : Николай Климонтович в опубликованном в прошлом году в «Октябре» романе «Мы, значит, армяне, а вы на гобое» дал своё видение жизни и быта московских армян. То, как он её преподнёс, — скорее шарж.